Особо тяжко

2015-05-27 | 19:28 , Категория текст


Тут товарищ милиционер спрашивал, куда мы бежим, когда нас ограбят, побьют и так далее. Так вот, в милицию не бежим точно. В лучшем случае ничего не изменится, в худшем — будет только тяжелее. Вот случаи из моей жизни, когда я непосредственно сталкивалась с ментами.

Гуляем с подругой в городском парке. Не пьём, не курим, обсуждаем купленные книги. На лавочку подсаживаются два пьяных тела, начинают щипать и с матами в подробностях объяснять, что бы они хотели с нами сделать. В парке дежурят милиционеры, ближайший стоит в двадцати метрах. Бежим к нему, просим помощи. Мент смотрит на нас и выдаёт: «Какого х#я я вам чё-то должен? Валите давайте».

Свадьба троюродной сестры, справляют дома. Молодой муж — милиционер, все гости с его стороны — тоже. Перепились, чуть не изнасиловали свидетельницу. Она убежала из дома зарёванная, в порванных чулках. Муж приходил извиняться: «Ты чё, коза, это ж настоящие мужики, они людей защищают! Могла бы и уступить».

В школе, где я работаю, украли несколько компьютеров. В милиции отказались брать заявление: «Всё равно искать не будем, а нераскрытое дело нам не нужно».

Брата пытались ограбить, когда он провожал девушку домой. Он предложил отдать деньги и не вызывать милицию, если ему оставят ноутбук с его рабочими файлами. Гопники отобрали всё, завязалась драка. Брат далеко не спортсмен, толстячок такой, и досталось ему прилично. Девушка умудрилась убежать ещё на стадии переговоров и вызвать милицию. Наряд приехал быстро — молодцы. Забрали всех. Через час брат позвонил домой и попросил немедленно приехать с деньгами: на него заводили дело. В общем, отец заплатил десять тысяч, чтобы брат не оказался виноват в этой истории. Менты смотрели в глаза и говорили, что сами были свидетелями того, как брат развязал драку и стал избивать троих прохожих» Факт ограбления они отрицали. Брата отпустили, заявление об ограблении не приняли. Что с гопниками было — не знаю, может, с них тоже деньги стрясли. Отец пытался обратиться к начальству с жалобой, называл фамилии тех милиционеров. Ему ответили, что в ту ночь такие не дежурили, а одного вообще не было в городе. «И вообще, зачем вам это, подумайте сами?» Дальше по инстанциям отец не пошёл. Толку нет биться головой в стену, надеясь, что где-то она станет помягче.

Конечно, по четырём случаям нельзя судить обо всех милиционерах, если это четыре случая из ста. А если четыре из четырёх — можно. Так что извините, добрые и честные парни-милиционеры, если вы и есть, вас не видно в этой массе.