"Город грехов" - история создания фильма

2015-05-31 | 01:29 , Категория фото


Технический прогресс не стоит на месте. Сто с небольшим лет назад первые зрители пугались прибытия поезда, девяносто лет назад поражались внезапно заигравшими всеми цветами радуги кадрам, двадцать лет назад изумлялись ожившим динозаврам. «Город грехов» Роберта Родригеса устанавил новую аксиому – невозможного в кино больше нет.

Необычный стиль комиксов и нетрадиционное графическое решение позволили небольшому экспериментальному проекту превратиться в объект культа. Графические романы серии сметались с полок магазинов, и находили почитателей не только в среде любителей комиксов, но и у публики, считавшей комиксы литературой низшего жанра. Голливуд, не оставляющий без внимания ни один социальный или поп-культурный феномен, воодушевился невысокой себестоимостью потенциальной экранизации и начал искать пути подступа к Миллеру.

Самыми прыткими оказались издатели «Города грехов», объявившие в 1997 году о начале работы Dark Horse Comics над анимационной адаптацией романов. Самому Фрэнку Миллеру отводилась роль исполнительного продюсера, но художник, ревностно охранявший детище от посягательств извне, соглашался на экранизацию исключительно при условии полного творческого контроля со своей стороны. Требование было достаточно обоснованным. Прогремевший двумя успешными сериями о «Бэтмене» и создав «Город грехов», Миллер уже был одним из самых авторитетных и состоятельных авторов комиксов. Деньги от экранизации не играли для него роли, куда важнее была верность духу оригинала, хранить которую, памятуя неудачу «Робота-полицейского 2», Миллер собирался сам.

Первое время Dark Horse приходилось подстраиваться под строптивого художника, без конца усложнявшего задачу, и к 1998 году уже требовавшего снимать «Город» с использованием компьютерной анимации. Продюсеры покорно провели несколько тестов, но Миллер, написавший сценарий на основе истории «Ради такой женщины можно убить», в которой Марв и Дуайт появляются вместе, постоянно ставил палки в колеса. Дошло даже до того, что в ультимативном порядке Миллер потребовал работать над экранизацией в Нью-Йорке, как в городе, обладающем непередаваемой атмосферой. В конце концов, терпение Dark Horse Comics лопнуло, и проект был объявлен закрытым.

В 1999 году киноманское сообщество ненадолго встрепенулось, услышав о новой возможности появления кинокомикса, но оказалось, что речь шла не о «Городе грехов», а совместной работе Фрэнка Миллера и концепт-дизайнера «Матрицы» Джоффа Дэрроу «Круто сваренный», ставить которую собирались братья Вачовски с Николасом Кейджем в главной роли. Комикс смотрел на мир глазами свихнувшегося киборга, до конца не уверенного в своем искусственном происхождении. Как и «Бэтмен: Год первый», «Круто сваренный» бесславно сгинул в аду производственного конвейера.

Несколько лет о «Городе грехов» не было слышно, и казалось, что все надежды на экранизацию рассыпались прахом. Но в обстановке строжайшей секретности Роберт Родригес уже работал над комиксом, пытаясь перенести на экран не только сюжетные перипетии романов, но и уникальный визуальный почерк Фрэнка Миллера.
Будучи наслышанным о предубеждении художника к Голливуду, Родригес решил идти ва-банк, на собственные деньги сняв фрагмент будущего фильма и наглядно продемонстрировав Миллеру возможности цифровых технологий. Взяв за основу небольшую новеллу «Клиент всегда прав», и пригласив для работы Джоша Харнетта и Марли Шелтон, он оживил рисованную историю, в точности воспроизведя все мизансцены и цветовое решение рассказа вплоть до последнего штриха. Дальнейшее, как говорится, история.

Отправив получившийся материал Фрэнку Миллеру, Родригес снабдил его запиской следующего содержания: «Если вам понравится то, что вы увидите – это станет началом фильма. Если нет – вы получаете короткометражку, которую сможете показывать друзьям». Расчет был верный. Одно дело с пеной у рта доказывать свою творческую состоятельность и желание следовать букве первоисточника, и совсем другое – показать, как это будет выглядеть. Миллер был в восторге.
Встретившись с Родригесом, он узнал, что преданный поклонник не просто хочет экранизировать «Город грехов», но и сделать самого Миллера сорежиссером, как единственного человека, досконально изучившего все закоулки мрачного мира. Таким образом, художник получал не только полный творческий контроль над съемками, чего безуспешно добивался семь лет назад, но и право самому попробовать поработать с живым материалом. Стороны ударили по рукам, но в дело вмешалась Гильдия режиссеров США.

Согласно уставу профсоюза, любая лента, снимаемая его членом, не могла иметь в титрах фамилии нескольких режиссеров. Гильдия начала настаивать на отводе от постановки «Города грехов» не состоящего в ней Миллера. Подобный поворот событий не устроил Родригеса, и он попросту вышел из Гильдии. Уникальный в практике голливудского кинопроизводства поступок Родригеса вызвал широкий профессиональный резонанс. Одни режиссеры осудили такое своеволие, другие начали говорить о необходимости пересмотра действующего устава.

Тем временем Родригес активно комплектовал актерский состав «Города грехов», приглашая в постановку самых ярких звезд современности. В качестве главного аргумента использовалась все та же демонстрационная запись с Джошем Харнеттом. Роль Джека Рафферти первоначально была предложена Джонни Деппу, однако связанный сторонними контрактами, актер был вынужден отказаться от участия. Не выгорело дело и с Леонардо ДиКаприо, которого Родригес предполагал взять на роль Рорка-младшего. Давно разделавшийся с синдромом «Титаника» ДиКаприо, более не нуждался в разрушающих слащавый имидж персонажах, и не проявил к проекту интереса. Зато Элайдже Вуду образ безмолвного каннибала Кевина показался лучшей ролью, что предлагалась актеру после успеха «Властелина Колец».

Съемки картины проходили в Остине, Техас, на студии Родригеса Troublemaker. Павильоны были укомплектованы зелеными экранами, и единственным реальным реквизитом, помимо костюмов, были машины и оружие. Декорации дорисовывались уже на стадии post-production, причем для каждой из трех основных историй ленты, эффекты создавала отдельная группа специалистов.
Несмотря на богатый актерский опыт, многим исполнителям впервые довелось столкнуться с зеленым экраном. Впрочем, неуверенность быстро отступала, освобождая место профессионализму – полностью отдаться драматической прорисовке персонажей оказалось гораздо проще, ведь от игры не отвлекали ни перерывы на монтаж декораций, ни обычно трудоемкая установка света.

Помня о неприятии Квентином Тарантино цифровых камер, Родригес воспользовался случаем, чтобы доказать приятелю всю прелесть нового формата. Пригласив его на студию, он предложил Тарантино самому снять небольшой фрагмент картины и убедиться в неограниченных возможностях технологии. Испытательным эпизодом был выбран диалог Дуайта и Джека Рафферти, снимавшийся через лобовое стекло автомобиля. Нюанс сцены заключался в том, что согласно сценарию непрерывно лил дождь, и в то же время лица и диалоги героев должны были оставаться предельно четкими.

Проведя на съемочной площадке день, Тарантино с восторгом отозвался о полученном опыте, заметив, что работа над эпизодом заняла у него всего несколько часов, в то время как при использовании традиционных камер на ту же сцену ему понадобилось бы не менее четырех дней, и далеко не факт, что результат вышел бы таким же хорошим.
Роберту Родригесу удалось совершить самую настоящую революцию, не просто породив новый жанр, названный нео-нуар, но и продемонстрировав невероятную виртуозность в обращении с литературным первоисточником – таких постановок Голливуд еще не знал.

«Город грехов» был коммерчески успешен и хорошо принят критиками, в частности, из-за своего цветового решения. Фильм был показан на Каннском кинофестивале 2005 года и получил Гран-при в номинации «За визуальную заострённость».