Санитарка. 20 лет

2015-06-04 | 09:18 , Категория фото


Пара эпизодов из воспоминаний обычной 20-ти летней девчjнки, которая пошла на фронт добровольцем - санитаркой. Сильны были предки!

Родилась 1 февраля 1922 года в селе Новый Чуваш Крымской АССР, в крестьянской семье. В 1936 году окончила неполную среднюю школу № 1 в городе Джанкой.
В сентябре 1941 года на Перекопе разгорелись ожесточенные бои с наступавшими немецко-фашистскими войсками. Маша, упросив военврача, оказалась в санчасти одного из полков, отходившего к Севастополю. Первые месяцы боев за Севастополь Мария была санитаркой, потом - санинструктором. Спасала раненых, учила этому других. Затем пришлось вместе с разведчиками ходить за «языком», участвовать в боях, драться с врагом в рукопашных схватках.

Пойти в разведку её побудила не романтика, а ненависть к врагу: «Я видела столько крови и страданий, что просто у меня окаменело сердце. Не могла забыть разрушенные хаты, убитых детей, стариков и женщин. На поле боя на моих глазах гибли люди. Умирали молодые, в расцвете сил — им бы ещё жить да жить, трудиться для счастья! Вот и пришло решение уйти с медицинской работы в строй."

Мария Карповна вспомнила, как однажды ей пришлось тащить захваченного в плен обер-ефрейтора. Гитлеровец оказался здоровенный, да еще все время сопротивлялся, хотя руки у него и были связаны. — Часа через два, — вспоминала Мария Карповна, — меня освободили, приказали одеться «по-женски» (обычно мы ходили в галифе и сапогах) и явиться в штаб. Потом мне рассказали, что на допросе немец отказался отвечать и все твердил: «Рус, капут!». Внимательно посмотрев на меня, гитлеровец вдруг заволновался, лицо его исказила гримаса, и он стал быстро и зло говорить. Переводчик еле успевал переводить: «Как, меня взяла в плен эта женщина? — удивился верзила. — Не может быть! Я пол-Европы победоносно прошел. А тут попался в руки русской бабе?». Командир разведки потом благодарил всю группу, ну и меня в том числе, за «языка», который дал ценные сведения о системе обороны.

В ночь с 7 июня 1942 года, в составе группы из четырёх разведчиков она всю ночь пролежала в боевом охранении, а рано утром противник после авиационной и артиллерийской подготовки перешёл в атаку.
— В этот день немцы начали третий штурм Севастополя ... К ударам бомб присоединились разрывы снарядов. Все вокруг дрожало в неистовой пляске ... вскоре и огненный вал покатил к нам в тыл, и тогда мы увидели шедших в наступление гитлеровцев. — Во время боя прямо на меня полезла группа фашистов, причем без всякой осторожности. Настолько обнаглели, что офицер, стараясь перебраться через канаву, встал во весь рост. Я тут же сняла его одиночным выстрелом. К нему кинулся солдат — уложила и его. А автоматчики все ползут и ползут. Больше десятка их уложила. В общем, отбили мы атаку. А потом немцы снова полезли. Смотрю, невдалеке зашевелилась трава, она высокая там была, до метра. Ближе, ближе... А у меня ни патронов, ни гранат не осталось. Вот рядом, в нескольких сантиметрах, показалась немецкая каска и погоны — фашист! Времени на раздумья нет. Размахнулась и автоматом со всей силы гитлеровца по голове. Подхватила его автомат, вытащила у него из-за голенища две полные обоймы и снова открыла огонь. Во время боя почувствовала вдруг ожог и резкую боль в виске и в руке: это впились осколки гранаты. Очнулась, когда Миша бинтовал голову...

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 июня 1942 года старшему сержанту Байде Марии Карповне присвоено звание Героя Советского Союза

12 июля 1942 года тяжело раненой попала в плен. Попав в плен, держалась мужественно и стойко. Прошла концлагеря «Славут», «Равенсбрюк». Освобождена из гестапо американскими войсками 8 мая 1945 года. После войны была демобилизована. Член ВКП(б)/КПСС с 1951 года. Работала заведующей отделом ЗАГС Севастопольского горисполкома, за 28 лет работы она дала напутствия и вручила свидетельства о регистрации браков примерно 60 000 молодых пар, зарегистрировала более 70 000 новорожденных. Неоднократно избиралась депутатом городского совета.

Годы войны, жестокие испытания, выпавшие на ее долю, не сломили Марию Карповну. Она и в зрелом возрасте была красивой, жизнерадостной, с мягкой улыбкой. Глядя на ее лицо, излучавшее душевное тепло, спокойствие, трудно было представить ее в жестоком бою.