Дошли

2015-05-22 | 10:16 , Категория фото


25 апреля 1945 года советские войска завершили окружение берлинской группировки. Начиналась битва, которую по праву можно назвать последней и самой главной битвой Великой Отечественной — штурм германской столицы.

Первые советские войска вошли в официальную городскую черту Берлина (в пределы кольцевой автодороги) еще 21 апреля, и это были передовые части 171-й стрелковой дивизии 79-го стрелкового корпуса из состава 3-й Ударной армии 1-го Белорусского фронта. Однако это чистая формальность: оборона Берлина начиналась гораздо глубже в застройке.

Количество войск, удачно захлопнутых в германской столице, было сравнительно невелико. По реалистичным оценкам — не более 120 тысяч человек. В сравнении с почти 400-тысячной группировкой, собранной советскими войсками для штурма, этот показатель не очень смотрится.

Однако Берлин готовили к защите тщательно. Основные магистрали перекрывались баррикадами, которые возводились по стандартным правилам и имели контролируемые узкие проходы, легко запиравшиеся вагонетками с землей и песком. Городские бои чрезвычайно сложны и тяжелы, а соединения вермахта, оставшиеся снаружи котла, рвались к столице, стремясь деблокировать ее.

Еще 24 апреля, до формального замыкания котла, советские войска форсировали реку Шпрее и канал Берлин-Шпандауэр. Тогда началось продвижение в районе Трептов, к 26 апреля завязались бои в Нойкельне, а 27 апреля 12-й гвардейский танковый корпус ворвался в Шарлоттенбург и начал продвижение с запада к парку Тиргартен, которому было суждено стать ареной финальных боев в столице.

Давление нарастало. К 28 апреля советские войска выжали немцев из основной части застройки, оставив им только центральную зону. 28 апреля был захвачен нависавший с севера над Тиргартеном и комплексом зданий вокруг Рейхстага район Моабит, включавший одноименную тюрьму, издавна пользовавшуюся самой мрачной славой. Танкисты 12-го корпуса вплотную вышли на западную окраину Тиргартена, а прочие группы давили на противника с востока и юга, завязав бои у Ландвер-канала и на Берлинерштрассе.

В ночь на 29 апреля начался штурм центра Берлина. Стартовал он захватом стратегически важного моста Мольтке, ведущего через реку Шпрее из Моабита к району Кенигсплац, на которой стоял Рейхстаг. Это сделали все та же 171-я стрелковая дивизия, а также ее «товарка» 150-я дивизия, которые в дальнейшем и вынесли на себе основную тяжесть боев за Рейхстаг.

Переправившиеся дивизии зацепились за южный берег Шпрее и втянулись в застройку. Утром 29 апреля было захвачено здание посольства Швейцарии и начались бои за укрепленное здание МВД Германии, носившие в советских войсках броское прозвище «дом Гиммлера». Это был северо-западный угол Кенигсплац; в глубине площади стоял Рейхстаг.

29 апреля 8-й гвардейский мехкорпус вышел на Будапештерштрассе к югу от парка Тиргартен и втянулся в бои в расположенном там Зоосаде. В тот же день 11-й танковый корпус, наступавший с востока, вышел непосредственно в район Рейсхканцелярии.

Гитлер, находившийся в Берлине, 29 апреля сделал последнюю попытку прояснить ситуацию с внешними силами, хотя бы потенциально способными деблокировать столицу — главным образом, 12-й армией Вальтера Венка. Но Венк, пытавшийся наступать с юго-запада на Потсдам, увяз в войсках внешнего прикрытия и продвинуться к столице не сумел. Получив неутешительную сводку об остановленном наступлении 12-й армии, Гитлер покончил с собой 30 апреля 1945 года.

А бои продолжались. Утром того самого 30 апреля пал «дом Гиммлера» на Кенигсплац, а параллельно советские войска южнее Тиргартена начали штурм Зоосада. К вечеру 30 апреля основная часть здания Рейхстага была занята.

До сих пор спорят, кто первым водрузил флаг над Рейхстагом. Разведчики 150-й стрелковой дивизии Егоров и Кантария, вошедшие во все учебники, водрузили красное знамя на крыше Рейхстага в ночь на 1 мая на конной скульптуре кайзера Вильгельма. Однако за 3–4 часа до того, поздним вечером 30 апреля, на крыше Рейхстага уже появился советский флаг, поднятый там разведчиками-артиллеристами Загитовым, Лисименко, Бобровым и Мининым из штурмовой группы 79-го стрелкового корпуса.

В конечном итоге это не имело никакого значения. Рейхстаг был взят в ночь на 1 мая, однако бои в Берлине пока не закончились. Утром 1 мая 2-я гвардейская танковая армия штурмовала узел сопротивления у станции эс-бана Тиргартен, а здание Кроль-опера, располагавшееся южнее «дома Гиммлера» через площадь от Рейхстага, зачистили только в ночь на 2 мая.

В 3 часа ночи 1 мая в штаб 8-й гвардейской армии генерала Василия Чуйкова прибыл начальник германского Генштаба Ганс Кребс. Он сообщил, что Гитлер покончил с собой, рейхсканцлером вместо него назначен Геббельс и он, Кребс, уполномочен вести мирные переговоры.

Чуйков, выслушав Кребса, заявил, что он-то, в свою очередь, никем на переговоры не уполномочен и позиция советского правительства пока что не менялась: только безоговорочная капитуляция.

О визите сообщили Жукову, тот задал Кребсу несколько вопросов и повторил требование капитуляции. Кребс отбыл обратно, потом с немецкой стороны сообщили о неприемлемости таких условий, и бои возобновились с новой силой. Вечером того же дня Кребс застрелился, в тот же день покончил с собой и Геббельс.

Ситуация явно затянулась, и ее надо было заканчивать. Около полуночи в ночь на 2 мая с немецкой стороны опять сообщили о посылке парламентеров. На Потсдамский мост прибыл начальник штаба 56-го танкового корпуса полковник Теодор фон Дуфвинг, который сходу заявил, что комендант обороны Берлина Гельмут Вейдлинг уполномочил его заявить о капитуляции войск в столице.

К исходу 2 мая организованное сопротивление в Берлине прекратилось. Советские воины расписывались на Рейхстаге, ставя жирную точку в великой войне.