Трёхтомник постапокалипсиса

2015-06-08 | 11:40 , Категория текст


В последнее время на «Задолба!ли» активизировались интеллектуальные снобы. Читаю я их пассажи про литературу и музыку и недоумеваю: неужели для этих людей клеймо «классика» придаёт книге ценность само по себе? Неужели они одинаково восторгаются Достоевским, Тургеневым, Чеховым, Некрасовым и Толстым, не понимая, что их книги проповедуют диаметрально разные идеи, а сами эти писатели в жизни зачастую терпеть друг друга не могли из-за разных взглядов на жизнь и будущее России?

Когда-то в школе нам задали сочинение: надо было представить, что надвигается масштабная катастрофа, и у тебя есть возможность, спасаясь, взять с собой в укрытие всего три книги. Причём, скорее всего, эти три книги останутся единственными на планете. Какие книги ты бы сохранил для следующих поколений?

Помнится, от учительницы попало мальчику, который написал, что взял бы поваренную книгу, «Сделай сам» и какой-то справочник ядовитых растений и грибов. Я по глупости что-то написала про классику. Правда, хватило ума выбрать не те книги, которые наиболее знамениты, а те, которые мне самой больше нравились. А знаете, дорогие интеллектуальные снобы, что бы я написала теперь?

Первым пунктом — «Гроздья гнева» Стейнбека. Чтобы люди не забывали, как надо и как не надо строить общественные отношения.

Вторым — что-нибудь из Пиколт, скорее всего, «Ангела для сестры». Чтобы люди не забывали, как надо и как не надо строить отношения в семье.

А третьим — милое развлекательное чтиво для всех возрастов. «Гарри Поттера», например. Или добрый весёлый детективчик. Да-да, вы не ошиблись: скорее всего, Донцову. Ну, или Хмелевскую.

Представляю ваше возмущение: как, Донцову спасти, а Достоевского (Толстого, Пушкина, Лескова, Тургенева, Горького, Блока) — нет?! Отвечаю: нет.

Как бы гениально ни были написаны романы Достоевского, он не перестанет быть националистом и религиозным фанатиком. Во всех его произведениях это идёт красной нитью. Мне и так-то не импонируют подобные взгляды, а уж после всемирной катастрофы, когда немногим выжившим органически нельзя будет враждовать, они и вовсе станут губительными для людей.

Как бы ни был талантлив Толстой, я помню, что он был вегетарианцем и вообще пропагандировал непротивление злу силою. Вы серьёзно полагаете, что после всемирной катастрофы надо жить, как Платон Каратаев?

Как бы ни был прекрасен язык Тургенева, его герои-мужчины — почти повально редкостные тряпки и ничтожества. Вот только на них после катастрофы и ориентироваться!

Каким бы романтиком и поэтом ни был ранний Горький, невозможно отделаться от мысли, что его соколы и буревестники пропагандируют риск ради риска и экстрим ради экстрима. А экстрима после катастрофы с головой хватит и без него.

Так что пусть уж лучше будет Донцова. Как развлечение, способ отвлечься и повеселиться в тяжёлое время. И как напоминание о мирном московском быте «сытых нулевых» — чтобы помнили, что восстанавливать и как восстанавливать. А то библиотеки и театры восстановят, а водопровод в дома провести, чего доброго, забудут…