Перчатки на второй триместр

2015-06-08 | 21:24 , Категория текст


Я очень люблю кожаные аксессуары. Были у меня хорошие кожаные перчатки. Пару лет носила без проблем, особых сложностей с уходом за ними не было, но всё же ничто не вечно: перчатки протёрлись, порвались, прохудились. Короче говоря, их стало невозможно носить. Я рассчитывала на весну теплее нынешней и потому надеялась купить перчатки уже ближе к осени. Но выпал снег, ударили морозы (ну, не мне вам рассказывать — за окном и так всё видно), и без перчаток плохо. Я обошла несколько магазинов, прошлась по рынку, но ничего достаточно качественного и относительно недорогого не нашла. Все мои требования — чёрные и кожаные, и чтобы цена соответствовала качеству. Много? Как оказалось — да.

Начать я решила с рынков, но буквально после первого же десятка лотков я покинула злополучный базар. Именно что базар, где ходили толстенные бабки и тётки, гнусаво орали в ухо, расталкивали всех своими тоннами одёжек и громко сетовали, что их товар — самый лучший, а никто не берёт. К слову, если кто-то товаром интересовался, торгашки долго оценивали потенциального покупателя (на предмет плохой кармы, наличия денег и достойности общения, что ли?), останавливаясь прямо посреди узкого прохода. Нет, мне хватило ума не соваться на рынок в час пик. Немногочисленные покупатели бродили по рядам в темпе спокойного прогулочного шага. Но эти женщины останавливались посреди прохода, блокируя возможность их обойти, провоцируя пробки, выслушивая ругань в свой адрес и напрочь игнорируя советы подвинуться в сторону. У всех были чёрные перчатки, которые перекладывали с лотка на лоток из года в год. Содержались эти изделия в ужасных условиях, ухода за ними никакого не было. Может, и прослужили бы они сезон-два, но за те деньги, что за них требовали…

Продолжила я в магазинах. Нагламуренные девочки с печатью слабого интеллекта на лице лениво красили ногти в вырвиглазные розовые цвета. На мою просьбу показать изделие поближе, узнать наличие моего размера, назвать производителя и материал на меня смотрели как на врага народа.

— Вы что, не видите: у меня лак сохнет! — истерически взвизгнула очередная девочка.

— Вижу. А вместе с ним — остатки мозга, продажи и ваша зарплата, — сказала я, уходя.

В другом магазине была большая очередь, и я расстегнула куртку, так как было жарко. Это было моей самой большой ошибкой, но об этом позже. Замученная продавец показала мне все интересующие меня модели, рассказала о производителях, уверила в наличии моего размера — и тут зашёл разговор о том, чтобы потрогать и померить. Первое, что я заметила: перчатки-то не совсем из того материала, как мне рассказывали. Второе: размеры не совпадали. Я, конечно, понимаю, человеческое тело несимметрично, при покупке обуви мне всегда одна туфля жмёт. Но чтобы на одну руку перчатка не налезала, а с другой спадала? Нашла те, что мне подошли, и спросила о цене. Трёхзначная сумма в долларах повергла в шок. Попытавшись уточнить, почему же цена такая большая, по лицу продавца видела, что та ожидает окончания фразы: «…а в „***“ дешевле в N раз». Но меня на самом деле интересовало, за что я отдаю деньги. Девушка пару секунд стояла, ожидая того самого конца фразы, после чего грустно вздохнула и опустила глаза. Оп-па! Вот тут-то мне и аукнулась расстёгнутая куртка.

— Да вы же беременная! — взвизгнула девица, отпрыгнув от меня. То ли она была из движения чайлдфри или чайлдхейтеров, то ли ещё что.

— А в чём проблема? — удивилась я.

— Так мы не продаём вещей для беременных! Идите в спецмагазины!

Я решила не нервировать особу и быстро покинула магазин. Почему-то мне показалось, что в её понимании беременность — смертельная болезнь, и она долго и нудно дезинфицировала не только потроганные и примеренные мной перчатки, но и витрины, и пол, и воздух, а также товар, на который я могла мельком взглянуть.