Про Олю и вантуз

2015-06-09 | 16:00 , Категория фото


Однажды пасмурным осенним днем наша группа в институте решила отметить наступление нового учебного года. Поехали ко мне. Но доехали только трое: две девушки и я. Обе были мне симпатичны, но одна была крепко замужем, а вторая... Звали ее, скажем, Олей. И была эта Оля девушкой романтической, я бы сказал, возвышенной. Увлекалась поэзией, философией, театром. Обсуждала премьеры и восхищалась артистами, закатывая глаза, а на лекциях по судмедэкспертизе читала Новый Мир и машинописные издания непризнанных поэтов. В общем, тонкая, п*я натура... По такому случаю купил я по дороге пару бутылок шампанского. Дома жрать было нечего и Наташа – та что была крепко замужем – что-то быстро сварила и пожарила.. Короче, сели. Хрусталь, фарфор, серебро.. Чокаемся, жуем, беседу непринужденную разговариваем. Радостно отмечаю про себя, что с шампанским угадал: Оля не просто его пьет, а глушит – увесистыми такими залпами. Наливаю, еще наливаю – бутылку выпили. Вот уже и вторую...
– А водка у тебя есть?
Не сразу понял, кто это спросил..
– Водка, спрашиваю, есть у тебя? – повторяет Оля, пощелкивая ноготком по
хрусталю.
– Есть..
– Наливай!

Вот это мило.. Тонкая натура, а поддать, видать, не дура! Достал поллитру Пшеничной.. Разливаю.. Теплая – идет хреново. Но не у Оли – она один раз махнула, только налил – еще раз.. В общем, выпивая этакими опережающими темпами, Оля стремительно нажиралась. Молча и сосредоточенно... Потом была бутылка коньяка Слынчев Бряг, но ее мы уже не допили – Наташа собралась домой, где ее ждал крепкий муж, а Оля с дивана уже не подавала признаков разумной жизни.
– Держись! – сказала уходя Наташа.
Я улыбнулся.. Потому что еще не знал, насколько пригодится ее пожелание и не предвидел никаких трудностей. Опыт ухода за пьяными товарищами был у меня еще со школы. Я и сам становился неоднократно предметом подобного ухода – в старшем юношеском возрасте... Проводив Наташу до метро, я вернулся домой...

Романтическая девушка Оля, любительница стихов и театров, лежала на диване, в свежей блевотной луже, с задранной до груди юбке и спущенными до колен колготками и трусами... Закрыв глаза и подвывая, она яростно
онанировала.

Я вышел покурить....

Когда вернулся, Оля уже кончила онанировать и спала. Блевотина была везде – на диване, на полу, у нее на груди и даже на ногах. Дух стоял соответствующий. Хлопнув рюмку коньяка, я снял с Оли заблеванные вещи и перенес ее на кровать. Уложил и накрыл пледом. Собрал вещи, покрывало с дивана и отнес в ванную...

Вышел покурить...

Из комнаты послышались какие-то звуки.. Угадали? Правильно! Это блевала Оля. Я метнулся в ванную за тазом, но когда вернулся, она уже кончила блевать. И – правильно! – начала онанировать. Переносить Олю на новое
место я не стал – чистых мест осталось не так уж много, а еще мне где-то надо было спать. Поэтому новым местом Олиной дислокации я выбрал ванную. Пустил ей тепленькую водичку и..

вышел покурить...

Потом я почистил диван и кровать, вымыл заблеваный пол и понес грязный плед в ванную... В ванной была вода. Почти наполовину. Хотя я затычку в слив не вставлял. Оказалось, слив засорился очередной порцией Олиной блевотины... Как говорил мой друг, когда он в гостях нажрался, наблевал в ванную и искал, чем устранить засор: «В каждом интеллигентном доме должен быть вантуз! " Вот, например, у меня дома вантуз есть.. А у вас? Есть ли у вас дома вантуз? Нет?! Обязательно заведите... Я долго орудовал этим вантузом, который издавал смачные чавкающие звуки, а рядом лежала юная романтическая девушка и онанировала, сжимая коленки.. Вконец упарившись, причем, почти безрезультатно, я бросил вантуз и..

вышел покурить...

Когда я вернулся, то увидел, как Оля безжалостно тра**ет себя ручкой этого самого вантуза. Вот так, просто и весьма эффективно – судя по низким и протяжным ее стонам. Потом амплитуда движений деревянного
агрегата приобрела угрожающий характер: мне казалось, она вгоняет его в себя почти целиком. Стало страшно, что девушка может травмироваться, поэтому вантуз пришлось конфисковать. Тут она проявила первые признаки
разумной жизни: открыла глаза, зафиксировала взгляд на мне и промычала что-то, похожее на «Отдаааай.. "
– Х** тебе! – ответил я.
Мой ответ, а может быть – упомянутый в нем объект, вызвал живой отклик в тонкой Олиной натуре: она заулыбалась, забормотала что-то и стала раздвигать ноги, насколько позволяла ванная. Потом взяла меня за руку и стала тыкать ее в себя... И тут...

Я не вышел покурить! Идиот..

Я взял Олю на руки и отнес на кровать, начал целовать грудь, живот... и, видимо, слишком надавил: Оля содрогнулась, приподнялась на локте и метнула харч мне прямо на голову. Бляааа! Надо было выйти покурить... Отмывшись и покурив, я снова отнес ее в ванную, перегнул через бортик, лицом внутрь, жопцом к себе, и в таком положении оттр**ал, думая об уже почищенной и снова заблеванной кровати, о куче грязного белья, о засоренном сливе и о театре, который мне сегодня устроила эта романтическая девушка Оля. Кончив,..

вышел покурить...

.. Она «ушла рано утром, когда я еще спал.. " Несколько дней Оля не появлялась в институте, а потом как-то пришла к концу занятий, но не одна, а в компании с хмурым молодым человеком, который издалека пристально смотрел на меня, а вечером встретил у подъезда – с двумя дружками. Молодой человек, видимо, также как и Оля имел тонкую душевную
организацию, поэтому не стал сразу лезть в драку, а объяснил суть своих претензий. Со слов Оли, я коварно заманил ее к себе домой, потом напоил и жестоко изнасиловал. Причем, настолько жестоко, что боль в ее вла*****е до сих пор не позволяет им нормально заниматься смехом.
– Это не я, это – вантуз. – попытался объяснить я...
– Так вас было двое???!!!...........................

Сейчас, сгребая старыми граблями сухие листья, я думаю, что совершенно напрасно так неприлично заржал тогда. Мог бы и сдержаться... И, может быть, меня, гомерически хохочущего, били бы не так сильно. Ведь далеко не все выросли в интеллигентной среде и поэтому многие просто не знают, что.. «в каждом интеллигентном доме должен быть вантуз»!