Сам себя сломал

2015-06-12 | 13:18 , Категория текст


Если вспомнить, в старых фантастических фильмах бывали сцены: где-то наверху летают машины, стоят яркие небоскрёбы, а внизу, среди мусора, бродят бородатые дядьки и ищут развлечений. Почему-то подобная картина не кажется уже столь фантастичной. Разве что машины пока не летают, но в остальном…

Все друг друга боятся. Боятся, что тот парень в дорогом пальто окажется карманником, а тот мужчина в обычном костюме может иметь не самые обычные предпочтения, и лучше держать детей от него подальше. Та симпатичная девушка после первой ночи может заявить об изнасиловании — и вообще, лучше я надену наушники и не буду дальше думать…

Так и тянет спросить: что с вами всеми случилось за последние пять лет? Почему мы должны бояться друг друга, фотографов, полицию, чиновников? Ведь везде люди, такие же, как я, как ты. В чём причина такой систематически развивающейся абсолютной агрессии? Кажется, мы начали забывать, что мы люди.

Но я никак не могу понять одного. Вот Витя — хороший, даже классный парень. Пошёл работать в полицию (чиновником, врачом…) — и не узнать теперь человека. Система сломала? Хрен вам! Он сам и есть часть той системы. Он сам себя сломал. Просто так принято. Принято бояться всех. Принято при первой возможности срать на всех вокруг. И глупо злиться на кого-то, кроме себя. Потому что мы, люди, сами так придумали. Потому что если меня или тебя завтра поставят на «хорошую» должность — мы будем делать, как принято, а не как должно бы было быть. Быть в разумном обществе.

Вот и получается забавный феномен: один дурак начал вести себя как дурак. Другой дурак начал ему подражать — и пошло-поехало. Остальные начали подражать вместо того, чтобы думать.

Мы сами себе готовим будущее, которого достойны. Будущее, где большинство людей будут готовы покалечить или убить незнакомца просто… просто так. Это будет принято по умолчанию. Потому что мы сами себя лишаем возможности сесть и подумать: «Что это даёт мне?» А потом сесть и подумать ещё сильнее и ещё дальше, пока не станет ясно, что свободу мы ограничиваем себе сами.