Слава коррупционным войскам

2015-06-17 | 12:27 , Категория текст


Читал тут историю про «школу жизни строгого режима», сиречь армию РФ, и чем дальше читал, тем больше меня мучил вопрос: а с какого перепугу эту контору называют «школой»?

В школе, как правило, есть педагоги, которые при помощи специальных знаний и оборудования обучают людей, то есть вкладывают в них знания, следят за процессом усвоения этих знаний, корректируют, если требуется. Если в процессе обучения необходимо привить какие-то навыки — используют специальные педагогические приёмы, упражнения и внимательно следят за ходом выполнения этих упражнений, особенно физических. Есть же спортивные школы, где обучающихся подвергают порой весьма серьёзным нагрузкам. Причём как физическим, так и психологическим, направленным на ковку спортивного характера. Но при всей жёсткости нагрузок учитель действует не просто так, а с очень точным расчётом, чтобы нагрузить, но не сломать, не навредить.

Что же мы видим в «школе жизни», описанной автором со знанием дела? Ни обеспечения, ни педсостава, ни программы обучения, ни желания обучать, ни даже дисциплины, а также какого-либо желания её поддерживать — одна сплошная уголовщина и наплевательство. За исключением нескольких спецчастей постоянной боевой готовности, которые можно уподобить лицеям при университетах — их мало, там сложная и очень специфическая программа. Так что от школы там ничего нет. Там есть экстремальные условия, но они просто стихийно существуют, не контролируемые никем. Это даже не школа выживания, там не учат выживать — там просто бросают в воду и даже не смотрят, выплывешь ты или нет. Это никоим образом не походит на процесс обучения. Это похоже на процесс отбраковки металлических изделий, котором те «изделия», которые отбраковку прошли, в большинстве случаев никак не используются. Для какого дальнейшего использования их отбирают и почему отбраковку обязательно должны проходить все молодые люди в начале своей сознательной жизни — мне не ясно. Ведь судьба не прошедших «отбраковку» незавидна и при этом никого, по большому счёту, не волнует.

Дальше автор упоминает сравнение армии с тюрьмой, порядки, которые роднят эти два института, хотя, по идее, ничего общего у них быть не должно в принципе — и тут же говорит, что вот такую вот «школу» все пройти должны. «Школу», персонал которой совершенно не заинтересован в сохранении жизни и здоровья своих подопечных, не заинтересован в приобретении подопечными каких-то навыков, «школу», в которой нет и не предвидится материальной базы, «школу», где процветает прямая уголовщина. Кого же такая школа учит? Ну да, из любой, даже самой поганой ситуации выживший человек способен извлечь некие уроки. Например, из отсидки в тюрьме или выживания в районе стихийного бедствия. Но это не повод называть это «школой» — и уж тем более не повод отправлять туда всех, кого видишь.

И в этой ситуации меня сильно задалбывают те, кто продолжает бубнить мантру: «школа жизни, должен служить». Не автор истории — он-то как раз внятно аргументировал свою позицию, — а просто досужие товарищи, а особенно чиновники, которые любят тыкать во всех, кроме себя, и вопить «должен». И почему-то все обходят неловким молчанием тот момент, что государство в ответ тоже много чего должно. Оно должно прикладывать достаточно большие усилия, чтобы поддерживать на уровне материально-техническую базу, условия жизни, дисциплину и соблюдение базовых прав и свобод человека, которые статус военнослужащего не отменяет. А пока государство только делает вид, что соблюдает всё вышеперечисленное, то и молодые граждане страны только делают вид, что проходят обучение в этой «школе», предпочитая сдать экстерном.

Мораль истории проста: если хотите, чтобы в вашу школу шли, сначала наведите порядок сами, а потом пеняйте на других.