Напряжённое сопротивление

2015-06-18 | 04:51 , Категория текст


Представьте себе разговор, скажем, ваших знакомых:

— Ты прикинь, у нас во дворе год назад мужик завёл машину какую-то странную, натюнингованную всякой всячиной. Занимался всё время только ей — увлечённый был человек. Нет, он нам не вредил, да и не особо мешал: разве что гудела она иногда негромко, когда он в ней копался. Но мы всегда боялись: а вдруг он её взрывчаткой там начиняет? Или вдруг не затормозит на этом своём механическом чудовище и собьёт наших деток? Да и мужиков каких-то подозрительных вечно возил… В общем, давили-давили на него — и машина всё-таки исчезла из нашего двора. А он злой ходил, но тихий.

— Ничего себе! А у нас соседка сверху пианину купила для дочки. Нет, играла девочка неплохо, да и не шумела особенно. Но мы всё время боялись: а вдруг эта махина паркет проломит и упадёт к нам? Или вдруг она начнёт у себя дома концерты устраивать и нам покоя не даст? В общем, ругались-ругались, да и вывезли они эту пианину. Теперь дома тихо, соседи не здороваются, но зато не страшно.

— Да вообще! Строили бы себе отдельные дома и ехали бы туда со своими машинами и пианинами. Нечего соседей нервировать!

Звучит абсурдно? Нелепо? А чем лучше ситуация из недавней истории про мужчину и его соседа сверху, которого весь дом считал безумным учёным?

У людей, не разбирающихся в технике, всегда присутствует какой-то первобытный ужас перед техническими сооружениями любого уровня — хоть перед Большим Адронным Коллайдером, хоть перед обычным резистором. Тем не менее, они не пытаются хоть как-нибудь разобраться в том, чего боятся, и всерьёз считают, что сложная, опасная для жизни и непредсказуемая в использовании техника вполне может находиться в квартире любого человека. А что — времена-то какие сейчас? Опасные…

Когда я пришла в девятый класс физико-математического лицея, я по ошибке попала в лаборатории для одиннадцатых классов. Вид приборов меня просто поразил: огромные стойки, полные приборов, усеянных ручками-экранчиками-кнопочками, везде свисающие провода, устрашающие сооружения… Я смотрела на все это с благоговейным придыханием, и обычная лаборатория мне казалась кабинетом злого маньячного учёного, который планирует в скором времени как минимум поработить мир, если не Вселенную.

Сейчас я учусь в одиннадцатом классе этого же лицея и работаю в этих самых священных лабораториях. Что представляют из себя эти «военные стойки»? Ничего особенного: на одной полке находится осциллограф, на другой — генератор сигналов, на третьей стоят мультиметры. Провода, естественно, выполняют лишь соединительную функцию.

Страшно ли мне? Нет. Приборы очень просты в использовании, раз их спокойно доверяют даже криворуким подчас школьникам.

Интересно ли мне работать с этой техникой? Очень. Как было интересно и тому соседу из истории копаться в своих приборах.

Мне искренне жаль мужика, который никому не мешал и лишь тихо занимался любимым делом, таская всякий радиохлам к себе домой. Надеюсь, он не забросит своё хобби.

А те, для кого увлечение чем-нибудь более оригинальным, чем рыбалкой и футболом, кажется странным и даже опасным для жизни, задолбали. Хоть бы разбирались в том, что пытаетесь искоренять!