Простите за резкость

2015-06-18 | 20:33 , Категория текст


Мой парень — любитель ножиков. На днях он показал мне историю задолбавшегося найфомана, такого же, как он. И знаете что? Ещё месяц назад я бы двумя руками проголосовала в его поддержку. А теперь… не знаю.

Начиналось всё хорошо и даже забавно. Помню, на одной из первых встреч я заметила на его левой руке (люблю крепкие волосатые руки!) бритое пятнышко и пошутила. Он объяснил: ножик точил. И тут же незаметным движением извлёк откуда-то ножик и продемонстрировал его бритвенную остроту. А, увидев моё полуобморочное состояние, прочитал ликбез, зачем нормальному мирному горожанину нож и почему это не холодное оружие. И я поверила. Тем более что с тех пор я десятки раз видела, как ловко Андрей вскрывает своим ножиком конверты и коробки, точит карандаши или делит со мной пирожок.

Когда настало лето и появились грибы, Андрей только посмеялся над моим китайским перочинным ножичком, рассыпающимся в руках, а на следующий день преподнёс мне прелестный маленький нож с берестяной рукояткой, как раз по моей руке. Так и я приобщилась к его страсти.

Я уже не говорю о том, что на моей кухне не найти ни одного тупого или гнутого ножа — для Андрея это оскорбление, и он лично наводит порядок. Так что не спорю: найфоман (особенно с прямыми руками) действительно может быть замечательным спутником.

Когда однажды вечером, насмотревшись кино, я позволила Андрею поиграть со мной в бандита и жертву, мне ни на секунду не было страшно. Даже когда он, аккуратно связав мне руки, уверенным движением срезал всю мою одежду и бельё, ни разу не коснувшись кожи холодной сталью. Волнующе — да, до мурашек, но не страшно.

Была, конечно, и обратная сторона. Без травматизма мы обошлись: кажется, я чаще режусь столовым ножом, чем Андрей своими страшилищами. Но мне постоянно приходится следить, чтобы его бесчисленные ножи не лежали на краю стола и не падали на ноги, а также регулярно ждать на входе в метро, пока Андрей очередной раз объясняется с бдительными стражами правопорядка.

Однажды в метро мы повздорили с каким-то парнем. Скажем так, полностью прав не был никто, спор очень быстро заглох. Но я краем глаза заметила мелькнувшее на лице Андрея жёсткое выражение. А дома он сказал: «Знаешь, в тот момент, когда мы выходили, я мог сделать одно незаметное движение, и этот козёл пролежал бы месяц. И никто не успел бы ничего понять — двери закроются, поезд уедет. И как только я об этом подумал, мне сразу стало легко и спокойно на душе». Сами понимаете, мне от этого спокойно не стало совершенно. Но я знала мирный и подчёркнуто законопослушный нрав своего спутника, поэтому быстро оставила эти мысли.

А месяц назад произошёл второй случай. Мы возвращались ночью домой и на входе в нашу подворотню упёрлись в автомобиль из разряда «я швартуюсь, как пират». Я протиснулась за его багажником почти без проблем, а Андрей застрял на три секунды, и я услышала знакомый щелчок стопора.

— Что ты сделал?!

— Ничего. Небольшая царапинка на крыле.

В ту ночь я не спала. Меня трясло. Я боялась утром выходить из дома и не хотела выпускать Андрея. Я пугалась каждой полицейской машины (а через дорогу отделение, и машины мелькали весь день). Я зубрила статьи «Порча имущества» и «Хулиганство», сравнивала цены на покраску элементов кузова, а потом боялась, что ФСБ просмотрит историю поисковых запросов. Андрей уверял, что его не найдут, а если что, он готов ответить, но меня это не успокаивало.

Прошло много времени. Вроде бы никто нас не искал, и меня отпустило. Но с тех пор любимый ножик Андрея лежит у меня в столе. Мы решили, что так будет спокойнее. Хотя бы на месяц.

Потом Андрей признался, что был ещё и третий случай. Много лет назад, когда у него был очень нервный период в жизни. «Знаешь… Очень хорошо, что ножик в тот день был далеко в рюкзаке».

Я знаю Андрея. Он человек мирный и непьющий, вдобавок остро переживающий за меня. Я верю, что с ним больше такого не будет. Но он не один. Я вижу вокруг немало людей с ножами — Андрей сам мне объяснил, что металлический зажим на кармане брюк — это не авторучка и не очечник. Что на уме у каждого из них? Не знаю.

Я вижу на каждой улице ларьки, полные колюще-режущих предметов, которые совершенно не пригодны для мирного применения. Зато стоят так дёшево, что их не жалко выкинуть, если что. Закон об оружии? Ни один из этих ножей не относится к оружию, но любым из них отлично можно изуродовать человека. И я теперь хорошо понимаю людей, которые боятся человека с ножом.


Андрей завтра записывается в секцию ножевого боя. Говорит, это его давняя мечта. Говорит, что тренер очень хороший и в первую очередь ставит на место мозги, а не руки, так что для нервов это будет только полезно. А я думаю, что если с ним будет ещё один подобный случай, я этого не перенесу. И тем более, если он при этом будет прекрасно владеть ножом…

Я не уверена, что теперь смогу остаться с Андреем навсегда. И знаете что? Я не могу ему это сообщить. Мне просто страшно.