Михаил Кошкин. Создать «тридцатьчётверку» и умереть

2015-06-22 | 14:09 , Категория фото


В 1937 году под руководством Михаила Ильича Кошкина советские конструкторы приступили к разработке «тридцать четверки». К моменту старта серийного производства (начало 1940) это был лучший танк в мире. Отменные ходовые качества, прогрессивная наклонная броня, надежный дизельный двигатель оставляли конкурентов далеко позади. За шесть лет, с 1940 по 1946 год, было выпущено более 61 тысячи машин, что делает T-34 самым массовым танком из всех до сих пор созданных. Т-34 признан лучшей бронемашиной Второй мировой войны



Красная Армия к началу Великой Отечественной войны получила практически идеальный танк. Простой, надежный, стремительный и манёвренный, с неплохой пушкой, ремонтопригодный, технологичный, с огромным ресурсом для модернизации, наконец, дешёвый.

 
Гитлер узнал о существовании Т-34 только на третий день после нападения на СССР. Он приказал повернуть победно шедшую на Москву танковую армию Гейнца Гудериана: «Харьков важнее, чем Москва». Однако 40 эшелонов с оборудованием и танкостроителями уже собрались в эвакуацию с Украины на Урал. 

  «Советские танки Т-34 показали нашим привыкшим к победам танкистам своё превосходство в вооружении, броне и манёвренности. Танк Т-34 произвел сенсацию», — писал немецкий генерал Э. Шнайдер. Сам Гудериан признавал, что поразить «тридцатьчетвёрку» — огромное искусство.
Т-34 не был комфортабельным танком. Немцы обивали изнутри свои «Тигры» мягким покрытием, а англичане и американцы удивлялись, как можно воевать в машине, если в ней нельзя приготовить кофе с бутербродами. В русском танке сильно трясло и било об стенки, там было холодно, водители и сам Михаил Ильич были в ватных штанах, валенках, полушубках. 

После окончания Второй мировой войны Уинстона Черчилля спросили, какое оружие было решающим в только что отшумевших военных действиях. Он ответил: «Английская линейная пушка, немецкий самолет “Мессершмитт” и советский танк Т-34. Но если о первых двух мне известно все, то я никак не могу понять, кто и как создал чудо-танк».

Не только Черчилль такой непонятливый. «Тридцатьчетверку» разбирали по винтикам и изучали под микроскопом специально обученные люди — лучшие конструкторы Германии, Англии, США... И благоговейно застывали в тупике: посмотреть можно — понять и повторить нельзя. И впрямь — ну как простому смертному скопировать загадочный механизм, рожденный иной цивилизацией? Да никак. Хоть расшибись — все равно какой-нибудь «Шерман» получается или, прости господи, «Тигр».


Василий Вишняков, писатель и журналист, был первым, кто написал: «Никто не сомневается, что при создании такой машины весь коллектив соратников, в том числе А. Морозов, Н. Кучеренко, М. Таршинов и работники других служб завода трудились героически. Удивляет, что именно создатель и вдохновитель этой конструкции, отдавший жизнь за ее производство, уже после ее разработки не награжден даже медалью»



«Если сейчас выйти на улицу и спросить: кто такой Кошкин? — вряд ли кто ответит. Но с другой стороны, недавно студенты факультета журналистики в России не смогли ответить, как зовут президента Путина…» — говорит директор музея харьковского завода им. Малышева (бывший ХПЗ) Анна Быстриченко. Память течет вместе с историей по спирали, но чаще перегорает. Спираль приходится чинить, память — восстанавливать.