Инспектор Мовсар Цуроев спас девушку, собиравшуюся прыгнуть с моста

2015-08-14 | 07:29 , Категория фото


«В свой выходной, около двух часов ночи, я ехал на личном автомобиле, отвозил друга домой. На мосту через Каму, ближе к середине, встретил на пути скопление людей – они буквально перегородили мою полосу движения, объехать их можно было только по встречке. Я остановился, стал спрашивать, что происходит (был без формы) – никто толком ничего не ответил.

Пробравшись через толпу, я увидел, что на краю моста, с внешней стороны перил, стоит заплаканная девушка лет 27-и. Стоит спиной к реке, каблуки висят в воздухе. Под ними высота метров пятьдесят – при падении в воду шансов выжить мало; и, даже если человек не разобьется, в марте месяце в ледяной воде он уж точно никуда не доплывет – протяженность моста один километр. Девушка голыми руками держалась за металлические перила, пальцы уже были синие от холода.

О реакции людей

Удивительно, но никто не пытался ничего предпринять. Просто стояли и смотрели, многие снимали на телефон! Я спросил, пытался ли кто-нибудь с девушкой поговорить, мне ответили, что нет.

О контакте

По краю моста проходит пешеходная дорожка, от проезжей части она также отгорожена вторым рядом перил. Я перелез через них и оказался в пешеходной зоне – девушка крикнула: «Не подходи!» Я аккуратно начал разговор, попытался выяснить причину ее страшного намерения, при этом медленно подходил ближе и старался оценить состояние девушки. Никаких признаков алкогольного или наркотического опьянения не было – она пребывала в шоковом состоянии, но при этом речь была достаточно адекватной, человек понимал, что собирается сделать.

О мотиве

Она рассказала, что жених бросил ее накануне свадьбы. У нее есть семилетняя дочь, после первого неудавшегося брака она долгое время была одна и, наконец, встретила, как ей казалось, достойного человека. Какое-то время они жили вместе, на днях должны были пожениться. Его поступок стал для нее невыносимым ударом, ей больше не хочется жить.

Я спрашивал, неужели этот мужчина стоит того, что она собирается сделать? Еще я советовал подумать о дочери – она уж точно не заслуживает такой судьбы: потерять маму в детстве. Кстати, девушка весьма симпатичная – я убеждал ее в том, что в личной жизни у нее все впереди.

О доверии

Она была очень напряжена, в таком состоянии любое неосторожное слово могло ее ранить и спровоцировать на непоправимые действия. Расстояние между нами не позволяло вмешаться физически и не дать ей упасть, нужно было его сократить, а для этого надо войти в доверие. Ну, мы, кавказцы, чувством юмора не обделены: одна шутка, другая – и вот я уговорил ее дать мне номер несостоявшегося мужа, сказал, что хочу с ним пообщаться и объяснить, как надо с девушками себя вести.

Я знал, что цифры она вряд ли вспомнит. Так и произошло: она протянула мне свой мобильный и подпустила на расстояние вытянутой руки. Когда она доставала из кармана телефон, я, конечно, испугался: глаз не сводил с окоченевших пальцев второй руки, которая удерживала ее от падения.

Об артистизме

Муж не ответил, но я это скрыл. Мне пришлось разыграть целый спектакль, как будто я с ним разговариваю, объясняю, что происходит и убеждаю приехать. Старался, чтобы все выглядело убедительно: не просто «да», «нет», «приезжайте», а прямо развернутые диалоги сочинял – важно было, чтобы девушка поверила. В итоге я ей сказал, что муж сильно разволновался и скоро приедет. Потом я с юмором стал рассказывать, как буду вразумлять его и объяснять, что так с женщинами поступать нельзя. Я помню, она один раз даже улыбнулась.

О спасении

Когда я передавал ей обратно телефон, я еще сократил расстояние между нами, но она опять крикнула: «Не подходи!» Я говорю: «Ну, ты что? Муж к тебе едет, надо же его дождаться, а ты вся дрожишь, у тебя руки, вон, синие. Давай я тебя обниму». И когда я потянул к ней руки, она вскрикнула и разжала пальцы… Ее ноги тоже соскочили с моста, я успел девушку схватить, и меня потянуло вслед за ней. Я даже увидел сквозь перила свои ноги…

Я занимаюсь борьбой дзюдо. У нас есть прием, «бросок через себя» называется… Нас обоих спас один технический навык, который отрабатывается во время этого приема: перед броском одна нога заводится за ногу противника. Это инстинктивно получилось: я обхватил ногой перила, то есть вертикальный металлический прут – если бы я не успел это сделать, все… улетели бы оба.

А дальше я, собственно, и произвел тот самый бросок через себя, только не довел его до конца, чтобы не травмировать человека. В общем, девушка оказалась на пешеходной дорожке.

О шоковом состоянии

Тут подбежали «зрители», начали успокаивать и ее, и меня. Я сам шок пережил не меньший, меня долго не могли от девушки отцепить – я так сильно схватил ее за одежду, что пальцы не разжимались. Они два дня потом не разжимались. Я слышал о таком. У меня на родине, в Ингушетии, один человек чуть не утонул в бурной реке, его спасло то, что он мертвой хваткой вцепился в камень. Было это достаточно давно, а пальцы у него не разжимаются до сих пор.

О содействии

На место происшествия прибыла полиция, нас попросили проехать в ближайший отдел. Пока мы давали письменные объяснения, в отдел приехал муж девушки (полицейские его вызвали). Вел он себя абсолютно «параллельно», как будто его все это не касается. Поскольку я не был уверен, что он о ней позаботится, предложил отвезти девушку домой – нельзя же ее после случившегося просто так оставить. Мое принятие ответственности сотрудники зафиксировали, согласие девушки получили, но когда мы с ней вышли на улицу, у них с мужем завязался долгий разговор, в результате которого она решила все-таки ехать с ним. Соответственно, пришлось нам всем возвращаться в отдел, где в присутствии полицейских, муж взял на себя ответственность за девушку.

Учитывая обстоятельства, все эти формальности необходимо было соблюсти – перед тем, как отвечать за саму себя, ей как минимум нужно было выспаться. Прежде чем поехать домой (было почти пять утра), я оставил ей свой номер телефона и сказал, что, если потребуется помощь, она всегда может мне позвонить.

О благодарности

На следующий день она позвонила, благодарила за все, что я сделал. Я взял с нее обещание, что больше она никогда не будет совершать таких попыток (до сих пор чувствую какую-то ответственность за этого человека). Девушка пообещала, что такого не повторится.

О нравственности

Не берусь осуждать мужа этой девушки: каждый по-своему живет, по-своему несет ответственность, чужая личная жизнь – не предмет для пересудов. Единственное, чего я не могу понять – это тех людей, которые, вместо того, чтобы попытаться помочь, стояли и снимали на телефон в ожидании, когда человек спрыгнет! Не хочу пускаться в оскорбления, поэтому не стану это комментировать.

О долге

Форму ношу с детства: я учился в кадетском корпусе Суворовского училища, также занимался в военном оркестре духовой музыки (там мы тоже носили форму). Потом юридический колледж, Нижегородская академия МВД, дальше – служба в полиции. Работа в системе ГИБДД – это непосредственный контакт с гражданами, соответственно, навыки общения, которыми я и воспользовался там, на мосту.

Но прежде всего, у нас в главных документах прописано, что цель нашей работы – это сохранение здоровья и жизни людей. Не важно, каким способом и в какой ситуации, будь то установка светофора или погоня за преступниками… Уверен, что всякий достойный человек никогда не пройдет мимо чужой беды, а тем более – полицейский, который по выходным отдыхает, но полицейским быть не перестает.»