Так учили на флоте

2016-01-25 | 00:37 , Категория фото


В те давние годы, я не говорю о парусном флоте, намного ближе к современности, матросы - срочники, служили 3 года. При этом полгода боец проводит в учебке, где его готовят к конкретной специальности, и два с половиной года проходит службу на корабле или в экипаже.

В учебке, бойцов, готовили лихо. В основном, это была строевая подготовка и подготовка по приборке (уборке по сухопутному). При этом приборке готовили больше и тщательнее. В результате, на корабль приходил идеально подготовленный приборщик, знающий, что такое "ИНТЕГРАЛ» (такая изогнутая проволока, что бы доставать грязь из-под приборов). Боец мог пилить, копать, выносить мусор, но совершенно не был готов к управлению и обслуживанию материальной части лодки.
С приходом молодого бойца в экипаж, начиналась усиленная его подготовка к самостоятельному обслуживанию своего заведования. И не потому, что нужно было быстрее сделать из него специалиста, а больше потому, что мичманам и матросам не хотелось стоять на вахте сутки через сутки.
Бойцу выдавался зачетный лист, и ...начиналась его подготовка по специальности. Матросы, при этом, приходили разные. Некоторые имели среднее, среднетехническое образование, а некоторые даже высшее, пусть не оконченное. Но иногда...
Приходили служить лица, которые даже не говорили по-русски. Каким образом они попадали на флот - не известно. Многие офицеры поговаривали, что их вылавливали, как только они спускались с гор за солью. Формировали группы и отправляли в войска. Правда, когда они вливались в экипаж, они становились нормальными моряками, говорили и писали по-русски и матчасть знали отлично.
А была еще одна группа молодого пополнения-те кто не хотел служить и "косил " всеми доступными способами. Самые отважные из них, совали руки, ноги, и другие члены, в работающие механизмы (занимались членовредительством), что бы их списали с флота. Самые трусливые-косили под дурачков.
В один день на экипаж привели бойцов, человек пять. Все с разных республик союза. И, как по закону подлости, трюмные, электрики и турбинисты были из братьев славян, а торпедист и спецтрюмный ( боец в реакторном отсеке) были....плохоговорящие. Ну и началось. Хорошо, что минно-торпедная боевая часть, была полностью укомплектована и вновь пришедший матрос сразу попал в заботливые руки. Надо сказать, что у торпедистов в боевой части был один штатный матрос на двух мичманов и двух офицеров.
Лодка, в то время, встала в док на месяц, боезапаса было минимум аппараты пустые. Грех было не воспользоваться случаем и не покрасить торпедные аппараты изнутри, а также ...показать молодому нутро аппарат, объяснить назначение направляющих и обтюрирующих, приборов и механизмов.
А была зима.
Мичман, техник, тогда еще ПЛР, монотонно чистил торпедный аппарат, от старой краски, металлической щеткой. Его, левый, борт был полностью подготовлен к покраске. Правый борт был подготовлен на 60%. Дембель-торпедист очистил два 533 мм торпедных аппарата, а вот 650 мм аппарат, был любезно предоставлен молодому. Ему предстояло не только очистить аппарат, но и, изучив его "внутренности", рассказать о них старшине команды. Подготовка была долгой. Молодого одели в водолазное белье, ватник, ватные штаны, привязали страховочный конец на пояс. Снабдив, ученика лампой переноской и щеткой отправили в увлекательное путешествие по торпедному аппарату. Старшина команды стоял у страховочного конца и периодически переговаривался с ползуном. А тот, достигнув передней крышки, начал монотонно чистить торпедный аппарат из носа в корму.
Приблизительно через минут 25-30 шарканье щетки по трубе аппарата загадочно прекратилось. Мичмана переглянулись, что там?

-"Ау!» -полетело в аппарат - «Ты там живой?". Ответа не было. Инстинкты сработали быстрее, чем паломничество мыслей. Несколько сильных рывков и тело (по-другому назвать это было не возможно) вывалилось в колодец торпедного аппарата. ОНО СПАЛО! - тело. Первым чухнулся матрос-дембель. Он подскочил к молодому и начал его трясти. Минут через пять, молодой уже стоял на торпедной палубе и хлопал глазами.
Повторный вход в аппарат состоялся спустя 5 минут и после очередного инструктажа с показом кулака. Однако через 20 минут после вползания в аппарат, боец затих. И снова, спасательная операция закончилась храпом тела в колодце аппарата. Тут уже все не могли сдержать справедливого гнева. Боец нормально ел, нормально спал, а сдавать зачеты и заниматься матчастью не хотел. Это было глумление над всеми и нужно было что-то делать. Очередной инструктаж, очередная подготовка и... Боец снова спит в трубе через 15 минус от начала работ.
"Надо учить! сказал старшина команды торпедистов, отключая переноску от сети - а то сами потом наплачемся!"
Поскольку переноску и, тем более, страховочный конец, извлечь из аппарата не получалось, мичман закинул все в аппарат.
"Ну что! Закрыть заднюю крышку торпедного аппарата вручную. Торпедный аппарат к выстрелу приготовить!"
И началось... Со стальным стуком открылись клапана осушения и клапана вентиляции торпедного аппарата. Давление воздуха выдавливало воду из цистерны кольцевого зазора, и она устремилась в аппарат. На мнемосхеме аппарата зажглись лампы нижнего уровня воды в аппарате.
"Стоп воздух. -скомандовал старшина команды - А то еще захлебнется."
В отсеке повисла зловещая тишина, только на средней палубе монотонно гудел вытяжной вентилятор.
Минуты тянулись долго, тишина угнетала. А вдруг уже захлебнулся? Что тогда?
Через минут пять в аппарате послышался шорох. Все сразу поняли. Молодой не сразу чухнулся, потому, что был хорошо одет. Как только одежда намокла, он почувствовал дискомфорт, который сменился, сначала тревогой, а затем и паникой. Душераздирающий крик заполнил торпедный аппарат, но дальше ему выйти не удалось. Топов и всплеск воды, выдавали направление перемещения молодого по аппарату. Сначала он "побежал" в нос, к передней крышке аппарата и начал в нее ломиться. Незнание материальной части аппарата, устройства передней и задней крышек, сыграло плохую службу молодому торпедисту. Он мог долго еще колотить в переднюю крышку, если бы не старшина команды, окрикнувший его, через большую горловину.
"Чего орешь, придурок? Или весь аппарат почистил?"
"Товарищ мичман! Я больше не буду.!» -высунув губы в большую горловину, и всхлипывая, произнес молодой торпедист.
"Не понял: отозвался старшина команды: чего не будешь? Аппарат чистить?"
"Нет....аппарат буду чистить. Спать в аппарате не буду....."
"Так те еще и спал в аппарате.....!!!!" и дал команду в отсек :-"Дать воздух в ЦКЗ"…Вода забулькала по трубопроводам и хлынула в аппарат свежим холодком.
"ААААА!!!!!» -разнеслось по отсеку их горловины торпедного аппарата. Было ощущение, что боец прилип к большой горловине и, как муха, держался за верхний свод торпедного аппарата.

Когда осушили аппарат и открыли заднюю крышку аппарата, боец, глубоко выдохнув....выпал в колодец. При этом тело уже не спало. Оно бодрствовало. Бойца доучить не удалось. Его забрали на подсобное хозяйство, как большого специалиста по выращиванию бекона. Где он и закончил службу, уехав на гражданку с большим количеством знаков отличия, в том числе - со знаком "За Дальний поход" с подводной лодкой.