Обыкновенный герой

2016-08-11 | 20:17 , Категория фото


Православный священник Федор Пузанов, участник двух мировых войн, награжденный тремя Георгиевскими крестами, Георгиевской медалью 2-й степени и медалью "Партизану Отечественной войны" 2-й степени, мог бы стать героем романа или художественного фильма. Но в искусстве нынче мода на других "попов"...

Вступление.

Священником Федор Андреевич Пузанов стал в 1926 году. Нашел время: попов тогда расстреливали и сажали так что, надо думать, желающих занять места священников было тогда не много. Поэтому Пузанова рукоположили, несмотря на то что все его образование - два класса земской школы. До конца жизни отец Федор писал с ошибками, а его низкий уровень грамотности особо отмечен даже в характеристиках. Но родившийся в семье псаломщика (в 1888 году), порядок богослужения он наверняка знал неплохо. К тому же с 1918 по 1920 год и сам был псаломщиком в Уфимской области, а в 1923 году стал диаконом.

Священник.

До того как стать служителем Церкви, крестьянствовал. В годы Первой мировой войны геройски воевал, и в 1914-1915 годах был награжден Георгиевскими крестами 2-й, 3-й, 4-й степени и Георгиевской медалью 2-й степени (она также давалась за храбрость, ее аналогом в советское время стала медаль "За отвагу")

Служил в храме отец Федор до 1928 года, когда он был арестован и осужден. Вышел в 1932 году (Освобожден досрочно за "ударный" труд).
С 1932 по 1941 год жил в городе Чудове Новгородской области, был рабочим. А 9 апреля 1942 года стал настоятелем храма села Хохловы Горки Порховского района Псковской области. Назначила его туда прославленная теперь в кино и литературе Псковская православная миссия, организация, созданная немцами из белогвардейских иммигрантов, которая должна была заменить "ненадежных" священников на "надежных" и обиженных советской властью.

Отец Федор подходил под "обиженного советской властью", герой первой мировой, награжденный империалистическими наградами, репрессирован... идеальный вариант.

Такому можно доверять - решили немцы.

Немцы.

Немцы не церемонились с мирным населением на территории Ленинградской и Псковской областей. Людей хватали по любому подозрению - на тебе армейские брюки и сапоги - значит солдат, значит в плен, недобро посмотрел - расстрел. Рядом (в паре километров) убили немецкого солдата - ты партизан и тебя надо повесить.
Казни немцы любили снимать на фото... где-то до 1942 года. Потом побаивались. Ходили слухи, что советские солдаты очень негативно реагируют на такие фотографии у пленников... а жить немцы хотели.

Партизаны.

Казалось бы, верный "слуга царю" - трижды Георгиевский кавалер, репрессированный священник, должен был как раз горячо молиться за победу германского оружия.

Но отец Федор, судя по его переписке, не путал право и лево, добро и зло, Родину и режим. "...Во время партизанского движения я с 1942 года имел связь с партизанами, много мною выполнено заданий, - писал священник в 1944 году архиепископу Псковскому и Порховскому Григорию. - Я помогал партизанам хлебом, первый отдал свою корову, бельем, в чем только нуждались партизаны, обращались ко мне..."

Добившись доверия у немецкой администрации (кстати успел во время разговора с немецким офицером попасть на агитационное фото) отец Федор добился открытия школы (немцы изначально закрывали школы) и учреждения приюта для детей. Лично подобрал учителей и воспитателя в приют (учителя по просьбе священника сняли буквально с эшафота, предполагалось повесить его, так как в его школе была обнаружена символика СССР).

"Во время немецкой оккупации здесь были советские дети в приюте, я их всегда навещал и поддерживал хлебом, продуктами, и старался по приходу призывать на поддержку безродных детей Советского Союза, дети меня чтили и уважали за родного отца" - это тоже цитата из его рапорта (орфография отца Федора здесь и далее сохранена).

Через некоторое время (также в 1942 году) Федор Андреевич Пузанов стал разведчиком 5-й партизанской бригады. Георгиевский кавалер Первой мировой войны и скромный сельский плотник в 30-е годы, он, пользуясь относительной свободой передвижения, разрешенной ему оккупантами как священнику сельского прихода, вел разведывательную работу, снабжал партизан хлебом и одеждой, сообщал данные о передвижениях немцев. Кроме этого, он вел беседы с верующими и, передвигаясь от села к селу, знакомил жителей с положением в стране и на фронтах.

Изгнание немцев

Свою войну Федор Андреевич Пузанов закончил еще одним подвигом.
В 1944 году, немцы, отступая решили угнать в Германию оставшееся население. Собрали в деревнях около 300 человек и под конвоем погнали на станцию.

Своим помощникам немцы оставили выбор, уйти с ними или остаться. Такой выбор был и у отца Федора.
Но отец Федор думал о своем приходе... Отец Федор слышал от немцев о судьбе угнанных в Германию (смертность среди "восточных" рабочих была 50%) и понимал что этих людей нужно спасти.

Как остановить их?

Отец Федор движется на перерез колонне, у него новость: "За колонной гонятся партизаны! Сзади идет небольшой партизанский отряд и если устроить засаду - его можно перехватить! Правда можно опоздать на станцию.... что делать?
Идея!
Отец Федор сам отконвоирует этих советских подонков, ему бы автомат... А винтовка, тоже нормально.

Немцы вручили священнику винтовку и под страхом смерти, приказали довести колонну самому.
Кстати, священников Псковской миссии немцы расстреливали не только за принципиальные отказы служить молебны во славу рейха, но и за неосторожно сказанное слово.

"Пастырь добрый жизнь свою полагает за овец", - сказано в Евангелии. И отец Федор рискнул. В своем рапорте правящему архиерею в 1944 году он писал: "Немцы не успели отойти 2 км, как я дал команду сейчас же мы должны идти в тыл, где я знал, находятся наши партизаны. Этим мы только спасли себя".

Разве освобождение 300 крестьян или помощь голодавшим партизанам и "безродным детям Советского Союза" не дорогого стоят? Разве не заслужил он орден? Или хотя бы уважение к себе?

И награда нашла героя.

Когда район был освобожден, командир 5-й партизанской бригады К.Д. Карицкий сам прикрепил к груди героя медаль «Партизану Отечественной войны».

Отец Федор умер в 1965 году. Похоронен в селе Молочкове Солецкого района Новгородской области, возле Успенского храма, в котором с 1948 года был настоятелем.

Источник: hranive.ru